Хочу написать одну историю. Хотя, нет, не историю, а скорее психологический алгоритм движения мыслей у человека. За основную тему возьмем то, что вертится в голове у многих, как на данный момент, так и всегда. Любовь.
Предупреждаю сразу – ни в коем случае этим постом не хочу затронуть чьи-либо чувства. Просто напишу это так, как я сама привыкла это видеть. Со своей личной точки зрения. Подчеркиваю – у главных героев нет имен, да и вообще, их не существует. Просто некие безымянные и бесполые стереотипы, взятые за основу. Первый человек – назовем его Л – любит второго – назовем его Н. Итак, Л любит Н. А Н или не любит никого вообще, или любит кого-то, но только не Л.[/i]

Итак, поехали.

Эпизод 1. СМС.
1)Л сидит и как кретин дрожащими руками перебирает клавиши мобильного телефона. Он пишет смс-ку для Н. Содержание примерно такое: «Привет! Как у тебя дела? Надеюсь, все нормально?»
Размышляет над каждым знаком препинания, о да. Он ощущает себя придурком, но как известно, там где начинается любовь, логика уходит в подполье. Далее – Л нажимает на кнопочку «отправить». И тут ему нужно выбрать имя из записной книжки телефона, кому отправить. но он не выбирает имя, потому что уже давно знает телефон Н наизусть. Л быстренько набирает циферки, попутно соображая, а стоит ли вообще отправлять эту смс-ку?.. Итак, Л набрал номер. А дальше что, как вы думаете? Правильно, еще минут пять Л будет тупо пялиться на этот номер и соображать – Отправить/не отправить?... В итоге нажимает на заветную кнопочку. Сообщение отправляется. Сообщение отправлено. Л переводит дыхание, все еще крепко держа аппарат в руке. Л думает – «Все, назад пути нет. Уже отправил. Будь, что будет». Он пытается себя успокоить, а на самом деле каждые пять секунд поглядывает на экран телефона – не пришел ли ответ?.. Л нервничает, но пытается скрыть это.

2)А в это время Н гуляет где-то с друзьями. В кармане раздается противный писк мобильника – пришла смс. Н спокойно достает трубу, жмет «читать». Видит на экране имя Л. Дальше есть два варианта мыслей, приходящих в этот момент ему в голову:
А. - Н читает смс-ку. Ему приятно, что Л ему написал, но все же он не отвечает на нее, ибо он сейчас сдрузьями. Через пару секунд напрочь забывает об Л и его смс-ке.
Б. - Н, видя, что смс пришла от Л, раздраженно думает что-то на подобие «Все время кто-то пишет, только не тот, кто надо! Заколебали уже!», после чего, не дочитав сообщения, быстро прячет трубу в карман и сразу же забывает о ней.

3)Л сидит уже около часа с трубой в руке. Он уже чувствует себя не просто дебилом, а дебилом в квадрате, и даже в кубе. Он отчаян и разочарован. «Зря я вообще написал.» Он сидит с трубой еще около полчаса, лелея ту маленькую надежду, что еще осталась в нем. Но ответа нет. Л прячет телефон подальше от глаз и пытается вообще забыть о нем.


Эпизод 2. Кино.
1) Н договорился с Л идти в кино. На какой-то там фильм. Если честно, Н даже не знает названия, просто Л очень хотел пойти в кино, вот Н и согласился. До сеанса полчаса, а Н еще дома. Н раздражен. Он не хочет идти в кино. Он собирается быстро, но без особого рвения.
До начала 20 минут. Н уже едет в транспорте, думая о том, что когда будет ехать обратно, ему будет скучно. Звонит телефон. Н поднимает трубку. Ему сообщают, что он срочно должен ехать обратно домой, ибо нашлись какие-то неотложные дела. Н рад, что не придется ехать в другой конец города к кинотеатру. Он пересаживается на другой транспорт и едет обратно домой, попутно пишет смс-ку для Л.

2) Л стоит у входа в кинотеатр. Он чувствует себя счастливым – они вместе с Н идут в кино! Ура! Л так давно этого ждал! До начала сеанса пятнадцать минут. Л явился сюда еще полчаса назад, сам не зная зачем. Он нервно перебирает в руках билеты. Так, что там написано?... 25 ряд, места посередине. Как раз далеко. Если что –будет удобно. Так, а как там фильм называется? А это неважно вообще. Какая разница? Главное – Л будет рядом с Н!
До начала десять минут. Если это лето – Л невыносимо жарко, если зима – ему холодно. НО Л все равно. Он ждет Н. Терпеливо и трепетно.
До начала пять минут. Л нервничает. Но все же ждет.
Двери открыты. Зрителей пропускают в зал. Л мнет в руке билеты, всматриваясь в лица прохожих. Н не видно. В кармане вибрирует мобильник. Л едва ли не дрожащими руками достает него. Читает смс-ку от Н. «Извини, не приду. Не получилось. Как-нибудь потом, ок?»…
Л уезжает домой и целый день ни с кем не разговаривает.



Эпизод 3. Звонок.
1) Н начинает чувствовать вину перед Л. Ему жалко Л. «Блин, придется, пригласить его еще раз.» - нервно думает Н. Он берет трубку в руки. Н собрался позвонить Л – но вот беда! – он забыл номер. А в телефонной книжке его нет. Н спрашивает у какого-нибудь их общего знакомого. Так, все, он звонит Л. Пока в трубке слышны лишь гудки, Н думает о том, на какое время пригласить Л в кино. Желательно, чтобы это было утро, потому что после кино Н собирается пойти с друзьями гулять.

2) Завтра Л уезжает. А сегодня Л скучно. Он сидит дома и думает о Н. Впрочем, как и всегда. Эти мысли настолько уже въелись в кору его мозга, что существование без них теперь кажется нереальным. Звонит телефон. Л на подсознательном уровне начинает молиться, чтобы это был звонок от Н. Он ищет радио-телефон по всей квартире, но не может найти. А телефон все звонит. Л наконец находит эту чертову трубу, отвечает на звонок. Слышит голос Н! «О! Как долго я ждал!..». Он слышит в трубке то, что говорит Н, вслушивается в каждое слово, однако общего смысла почему-то не улавливает. И вообще Л тормозит. Н сообщает, что завтра он свободен, и может сходить с Л в кино. А Л говорит, что завтра рано утром уезжает на неопределенный срок. Л обидно до мозга костей. Ему хочется плакать. Он слышит в трубке равнодушное «Очень жаль, ну ладно, пока.», а затем гудки.

Эпизод 4. Заключительный.
(Прошло некоторое время. Может, пару дней, месяцев, или даже лет.)
1) Н думает о Л. Слишком часто в последнее время. Они давно не общались… а может, и недавно. Н уже соскучился по Л. Он хочет видеть его. А что, если заявиться к Л в гости? Вот сюрприз-то выйдет!.. Н быстренько собирается и едет в гости к Л. Он весь в предвкушении – Л обрадуется, когда увидит его!

2) Л понимает, что уже давно не вспоминал про Н. Интересно, как он там? Что у него нового?.. Может, позвонить? Нет, лучше не стоит. Наверняка Н уже совсем не беспокоит он, Л. Да и потом, у Л и без того дел полно.
Звонок в дверь. Кто там? Молчат. Л открывает дверь и понимает, что перед ним на пороге стоит Н. Странно, но… Л рад видеть Н, но без него было спокойнее. А сейчас Л опять нервничает.

3)Л и Н сидят дома у Л и разговаривают о всякой ерунде. Н улыбается, шутит и смеется. Л тоже изредка смеется, но как-то сдержанно. Л совсем не ждал Н. Л нервничает. Он смотрит на Н и вдруг понимает, что в Н так много изъянов, которых он, Л, раньше не замечал. Как-раз в этот-то момент Л понимает, что больше не любит Н. Жаль, что Н так привязался к Л только сейчас, когда чувства уже прошли.
Они развлекаются еще около часа. Потом Л говорит, что ему нужно куда-то уходить, или заняться чем-то по дому. Н уходит. Выйдя из подъезда, Н вдруг ощущает, что все это время ему так не хватало Л! Но, кажется, Л уже не тот, что раньше. Да и Н изменился.
Н едет домой, все время вспоминая, как в тягость ему раньше был Л, и как он дорог ему сейчас.
Л в это время сидит дом аи смотрит телевизор. Он устал. Он думает о том, что нужно бы провести время со старыми друзьями. Он думает об этом впервые за долгое время проведенное наедине с мечтаниями об Н.

Занавес.


------------------------------
комментарий aF: Хочу сказать, что зачастую в итоге Л и Н просто меняются местами. Л перестает любить Н, хотя Н вдруг понимает, что Любит Л. Это замкнутый круг. Так жаль, что они оба осознают это слишком поздно. Хотите знать, каков итог таких отношения? Чаще всего это заканчивается тем, что люди просто перестают общаться друг с другом. Это при том раскладе, что Н не любит Л, и Л разлюбил Н. Ну а если Л не любит, а Н наконец-то полюбил Л – тогда настанет очередь страдать Н. А Л будет совершать те же ошибки, которых совсем недавно так боялся. Он боялся, что Н совершит эти ошибки по отношению к нему а сейчас сам совершает их по отношению к Н. И опять-таки через какое-то время Н начинает себя чувствовать никому не нужным психом-одиночкой.
Кто знает, может, позже рядом с этими людьми появятся другие. Такие же Л и Н. Будет очень грустно, если новые Л и Н не поймут старых Л и Н. В частности потому, что старые Л и Н сами не понимают себя. Они плачут в подушку, хотя сами во всем виноваты.
Хотелось бы верить, что никто из читающих это не найдет себя в одном из героев.

[Страх — какое-то паучье слово! Ведь на самом деле, ВСЕ чувства и ВСЕ поступки человеческие определяются исключительно страхом и по отношению к страху. Ни одно другое чувство не имеет над нами такой власти.

Вся якобы богатая гамма человеческих чувств и эмоций может быть объяснена через страх. Какие там чувства есть? Любовь? — страх перед одиночеством и слегка инстинкта продолжения рода. Беспокойство — страх перед чем-то неопределенным.

Печаль — страх перед возможной утратой или [если утрата уже состоялась] страх, что ты не простишь себе чего-то, что уже нельзя исправить. Гнев? — желание уничтожить или подавить источник страха. Жадность? — патологический страх бедности. Что там ещё осталось из чувств? Неважно! Даже чувство наслаждения прекрасным, по большому счету страх перед действительностью и желание уйти от нее, запереться в свой маленький панцирь, заполнить его красивыми и изящными вещами.

Думаю, если АД существует, то АД — это абсолютный градус страха. Думаю, что там нет никаких сковородок, крючьев и смолы. Да и зачем? Там только чернота, пустота, ощущение беспомощности и страх, страх и страх.

Любая тирания, любые государственные жестокости, любые Иваны Грозные, любая самая идеальная даже власть — это прежде всего власть страха пополам с подхалимством, а не идеи. Целая пирамида трусов, которая держит друг друга за руки, чтобы никто не убежал. Это как человек в толпе, который наступает на упавшего, потому что боится сам быть раздавленным. И так будет всегда, любая даже самая хорошая государственная система будет давить и уничтожать, пока есть трусы и есть страх...

Страх настолько в моей природе, что я сама часто замуровываю себя страхом, как узник в крепостной стене. Все подлости и унижения в моей жизни, все ложь и все случаи, когда я быстро, не оглядываясь, проходила мимо чужой беды — были вызваны только страхом или опасением, что мой страх будет замечен, то есть опять же страхом.

"Когда я в двенадцать лет переводил мою пятилетнюю сестренку через дорогу [не знаю, где были родители и почему они об этом так никогда и не узнали[, она рассыпала на проезжей части пакет с игрушками. Игрушки были мелкие и их было много: куклы в ванночках, колесики, кубики, пузыречки от лекарств, кошельки с вышедшей из употребления мелочью — и, разумеется, вся это дребедень раскатилась по дороге.

Сестра, не веря такому вселенскому горю, выдернула свою руку из моей и с громким ревом стала собирать своих пупсят.

А дорога эта была с сумасшедшим движением. Не проходило недели, чтобы кого-то не сбило. Светофор выше по улице ловит поток, а потом разом выпускает его. А тут ещё небольшой поворот, в который вписываются не тормозя, и сразу же метров через двадцать после поворота – мы. Слыша, как приближаются машины — именно слыша, но ещё не видя — я схватил сестру за руку и попытался утащить ее с дороги, решив пожертвовать игрушками. Но она с плаксивым криком: "А-а-а! Пусти меня!" — выкрутилась, укусила меня и, бросившись животом на асфальт, принялась сгребать свои сокровища. И тут выскочил весь этот гудящий поток. Схватить эту дурынду во второй раз я уже не успевал. Подумав, помню: "Сама виновата! Не погибать же двоим!" — я бросил свои попытки спасти ее, прыгнул на бордюр и зажмурился. Завизжали тормоза. Я повернулся и увидел, что белая иномарка затормозила в каких-то считанных метрах, а сестра с воем собирает с асфальта игрушки и ссыпает их в пакет.

Она так и не ушла с дороги, пока не собрала всех своих пупсиков и, зареванная, прижимая к животу пакет, направилась домой. Получалось, что я предал ее, а она вдвойне победила: и игрушки спасла, и сама уцелела. Она победила, я проиграл. Навсегда проиграл."

Прочитав это, я стала исследовать страх и себя в страхе. Вначале по-детски, а потом все более и более осмысленно. Причем тот случай с машинами не был единственным... Каждый день я совершала как минимум два или три поступка, которые были вызваны исключительно страхом в той или иной из его форм. Но это были пустяковые страхи, а были страхи глобальные. Все побуждения моей юности диктовались страхом — вернее, желанием от него избавиться. Но боролась я, как оказалось, не с самим страхом, а только с условиями его возникновения, а это все равно что кутаться зимой в двадцать пять шуб, стараясь согреться, а потом сообразить, что идешь по снегу босиком.

Первое время я думала, что внешняя природа страха физическая. Мне казалось, что внутренне я свободна и не боюсь ничего, а вот боль или смерть — вот причина моего постоянного страха и беспокойства.

И я стала заниматься хоккеем — но страх не ушел, даже когда мне практически сломали нос, а только граница его отодвинулась. Я поняла, что многие из тех, кто активно занимается спортом: карате, ушу, боксом — как раз более других подвержены всякого рода комплексам и именно таким вытесняющим образом с ними сражаются. Почти всех спортсменов, с которыми мне довелось говорить, в детстве или в юности обижали сверстники — и теперь они делают все возможное, чтобы это не повторилось.

Например, думала я, парни, которые якобы проявляют больше смелости, вступаясь за девушку вечером в парке: физически сильный, поднимающий донышком кверху двухпудовую килограммовую гирю, или какой-нибудь бухгалтер-очкарик, со зрением минус семь и весом в шестьдесят два килограмма? Тут и спорить нечего: бухгалтер смелее в пять раз, потому что он наверняка знает, что угодит на больничную койку…

Мне казалось и до сих пор кажется, что если бы я смогла выдавить из себя весь страх до капли — то была бы счастлива. Вот табличка, которая, по моему мнению, отражала типологию страха.

Страх бывает:
1. страхом внешним — перед болью, физическим уничтожением.

2. страхом внутренним (совесть, угрызения, тоска и т.п.)
Причем, страх внутренний всегда обусловлен страхом внешним.

3. страхом потенциальным или возможным. Это страх потерять здоровье, когда ты здоров, оглохнуть, ослепнуть, заболеть раком или что все это случится с людьми, которых ты любишь. Это самый "страшный" страх, страх, который у тебя в крови.

И тогда я стала искать для себя главного универсального врага. Главный страх, победив который я смогу уже ничего больше не бояться, как, скажем, победив самого главного дьявола, я могла бы уже не бояться мелких бесов. И я нашла этот конечный страх. И это был страх смерти. Страх смерти — это страх лишиться моего Я.

Мир для меня делится на Я и все остальное. Понятие всего остального обширно, оно вбирает в себя всю Вселенную, той ее частью, которой она касается меня. Со стороны "всего остального" моему Я грозили и грозят бесчисленные опасности. Оно может растворить меня в себе, уничтожить, сломить своим числом или силой.

И поэтому мне всегда хотелось создать в большом мире — свой собственный островок, где все зависело бы только из меня. Выбрать из окружающего мира все безопасные или приятные кусочки и создать некоторую иллюзию мира, где нет страха.

А для этого нужно победить страх смерти. И я стала представлять всякие ужасы, стал представлять себя уже умершим, разложившимся, с червями в глазницах. "Почему я боюсь смерти, ведь уже многие умерли? Бабушка, дедушка, прабабушки и прадедушки и сотни других, кто был до них. К тому же моя МЫСЛЬ, мое Я не может быть смертным. Это просто невозможно. Следовательно, бояться смерти глупо, и пусть черви ползают, какая разница!"
Если бы я смогла избавиться от страха, то была бы всесильна. Думаю, в абсолютном избавлении от страха — секрет бессмертия.]

Бессмертие... Чушь. Не верю в это. Главное, что меня интересует на данный момент - мой страх... Сейчас, сегодня, в это время, я боюсь не смерти. Я боюсь себя. Я боюсь, что не могу сказать эти три заветных слова... почему? Почему я не могу этого сделать? Наверное, я трусиха. Я не такая, как они. Я другая. Ненавижу себя за это.